Esquire

[1] Два года назад я купил этот журнал для Тани. Ради одной фотографии. Ей очень нравился Брюс. Наверное, ей нравится он до сих пор. Уже тогда он был полугодичной давности, стоил не соразмерно дорого, и, в общем, символизировал наше с Таней потокание капризам друг-друга. Журнал хранился бережно, но однажды я его помял. Сильно. Не специально, я просто не умею беречь вещи. И людей. И тогда её гнев по поводу испорченой ценности был искреннен и поэтому очарователен.

Я смеялся. Потому что я смотрел на слёзы в глазах напротив, слышал голос: "Диня, тебе всё равно, что для меня важно", смотрел на подзаголовок журнала "...только начало", и мне хотелось её обнять, задушить её злость, раствориться в ней.

Таня была очень обнимательной девочкой. И сейчас, наверное, я смог бы легко переврать всё, трактуя многие вещи в НАШУ пользу, выискивая не существующий смысл... Где-то мельком заметил статью про то, что эмоциональность любви (но не влюблённости) такова, что нас в жизни подобное может посетит 2-3 раза - не больше. Надеюсь, что это был просто мой первый раз.

Я влюбился в неё через полгода после нашего знакомства и через месяц после... хотел написать "после начала отношений", но правильнее написать "после секса". Актёр из меня может и хороший, но изображать влюблённость, если её нету, я не умею, поэтому я не удивился, когда Таня мне позже призналась, что к тому времени я ей уже порядком надоел. Не надоел, я ей просто разбивал сердце. А потом...

Потом были волшебные семь месяцев. Мы поменялись главным, научили друг-друга многому, были для многих идеалом сумасшедшей страсти и любви. Таня дала мне право на искренность. На такую, которая обезаруживает. Мне кажется, что я научил её быть чувственной. А потом я её бросил, чтобы вернуться через 2 месяца. Она была честна со мной и с тем парнем, с которым она за это время стала встречаться.

Она обняла меня и простила, а я смотрел на неё снизу вверх. И НИКОГДА наоборот. Даже когда помогал ей по учёбе, даже когда спасал нас от неминуемой ссоры. Она плакала горючими слезами... Это такие слёзы, которые смывают всё, обнажают чувства, обезоруживают и делают тебя счастливым и благодарным за то, что у тебя есть такой друг.

Её искренность никогда не давала мне повода думать иначе. Мы улыбались, говоря правду. Это самое главное, что я вынес из тех отношений. Мне казалось, что она знает всё, хотя сейчас я понимаю, что не договаривал я часто, что могло сделать ей больно.

Мне же ничто не могло сделать больно. Я был неуязвим. Я её очень сильно любил и, может, люблю до сих пор, но это чувство искаженно и извращенно памятью и последним годом.

Я уже всё это вспоминал. И про реле, которое заставляет закусить губы от сладострастия на мгновение раньше, чем желание набить морду тому парню, с которым она была, и изящные изгибы тела, за которыми ты можешь наблюдать издалека, а можешь прикасаться рукою, открывая невидимые замочки, наблюдая, как губы наполняются чувственным дыханием, поднимается грудь, а глаза теряют последние капли самоконтроля.. И звуки. Каблуков по мостовой.

Она сделал металлические набойки для меня! ДЛЯ МЕНЯ!!! а потом материлась на льду, но чувствовала себя Богиней, когда мы с ней кружились в темноте между домов и странных людей. Она мне не сказала, что она меня любит, а потом и вовсе сказала, что не любит меня.

Это было так же искренне. И может она не хотела этого говорить. Но это была правда, которая дороже всего. И даже только за это я всегда буду желать ей самого лучшего. Я всегда называл её фифой. Для меня это было как капризная девушка, которая капризничает в силу своей природы, но не в силу тонкого расчёта. А ей никогда не нравились мои ролики, но некоторые всё-таки нравились. А ещё она нравилась всем моим друзьям! И они ей очень нравились. И я был цельным.

Round we go... если включить мозг, то всё уже давно не правда... и сука Esquire ((: